Мы уже рассмотрели ряд заповедей из перечисленных в Десятисловии. Это позволило нам сделать вывод, что Закон в виде данного списка заповедей остается актуальным не зависимо от эпохи, включая новозаветную. Также мы увидели, что каждая рассмотренная заповедь имеет уровень невыполнимых требований, которые невозможно исполнить чисто поведенческо-волевым способом. Для соответствия требованиям Декалога на уровне мыслей и мотиваций, необходимо духовное преображение. Лишь в этом случае возникает условие, когда внутреннее состояние христианина, доведенное до соответствующего уровня присутствием Духа Святого, уподобляется духовной природе заповедей, имеющих ту же Божественную природу. Все это мы увидели на примерах заповедей «не убивай», «не кради» и «не прелюбодействуй». Сегодня мы рассмотрим еще одну заповедь, которая на первый взгляд совершенно не соответствует ни высокому духовному уровню, ни понимают христианских взаимоотношений с Богом.

Имеется ввиду четвертая заповедь: «помни день субботний, чтобы святить его» (Исх. 20:8; Втор. 5:12). Непонятность этой заповеди прежде всего в том, что ее духовно-этические ценность и результативность не являются очевидными, в отличие от всех других заповедей. И если в контексте Ветхого Завета на фоне всех других требований, имеющих ярко выраженный культурно-исторический аспект, эта заповедь смотрится вполне органично, то перенести ее на почву Нового Завета оказывается весьма затруднительно. Исключением здесь являются сравнительно небольшая часть христиан, как правило протестантского направления, которые просто восприняли исполнение субботы в более или менее иудейском формате. Речь идет прежде всего об адвентистах седьмого дня и немногочисленных группах других протестантов с подобным пунктом вероучения.

Что же касается всех остальных христиан, то как правило здесь имеет место быть явно творческий подход для адаптации требования четвертой заповеди к современным церковным реалиям. И наиболее распространенным вариантом понимания соблюдения субботы является то, что суббота была заменена воскресным днем. На первый взгляд подобная версия выглядит логично. Однако при попытке более пристального анализа, мнимая логичность улетучивается.

Во-первых, мы нигде не находим библейских оснований подобной замене. Напротив, Новый Завет содержит свидетельства того, что первые поколения христиан-евреев соблюдали как иудейскую субботу (Деян. 3:1), так и воскресный день (Деян. 20:7). Во-вторых, в отличие от субботы, воскресенье для христианина не является днем покоя. Скорее наоборот, любой посвященный христианин, тем более служитель, весьма активен в этот день и ни о каком отдыхе и покое говорить не приходится. В-третьих, насколько христианин вообще может полагать, что Господу нужно отдавать лишь какой-то конкретный день недели? Понятно, что сам подобный подход противоречит пониманию смысла христианской духовной жизни, которая целиком и полностью должна быть предана Господу, а не в виде некого отдельного дня.

Таким образом, заповедь о субботе вызывает немало закономерных вопросов. К тому же остается непонятным духовный смысл соблюдения субботы. А видеть в заповеди лишь некое поведенческое требование, пусть и в отношении бесспорно необходимого физиологического отдыха, опять же, проблематично в контексте христианской духовности.

Пожалуй, найти ответ нам помогает Послание к евреям, в котором этот вопрос вполне объяснимо поднимается и раскрывается. Прежде всего автор послания рассуждает о «субботстве» или «субботнем покое», который еврейскому народу еще предстоит обрести (4:9), намекая, что многовековое исполнение данной заповеди чисто в виде некой модели поведения, не привели к ее исполнению. Исполнение заповеди, равно как и ее подлинным духовным смыслом, является пребывание во внутреннем покое от всех возможных волнений и тревог. Именно это есть общий смысл «седьмого дня» как такового, прежде всего описанного в повествовании о завершении творения в книге Бытие (2:3). Бог «почил» в седьмой день от Своих трудов, просто потому что уже сделал все, что хотел. К тому моменту Он создал не просто полностью завершенную Вселенную, но все возможные перипетии судеб всех ее обитателей. Для Него прошлое, настоящее и будущее уже существовало. Посему седьмой день стал днем полного бездействия, поскольку все, что было задумано, было Им исполнено. Эту мысль автор Послания евреям выражает словами: «Ибо негде сказано о седьмом дне так: и почил Бог в день седьмый от всех дел Своих» (Евр. 4:4).

Но далее он говорит, что это не просто некая информация о том, что когда-то было. Это духовная истина, которая должна быть воспринята и пережита каждым верующим: покой – естественное состояние христианина в любых обстоятельствах. Просто потому, что все испытания запланированы Богом заранее, а все выходы из этих испытаний существуют изначально. Необходимо лишь пребывать в Господе, чтобы суметь воспользоваться наилучшим из созданных Им для нас вариантом развития событий. Это автор послания описывает так: «Ибо, кто вошел в покой Его, тот и сам успокоился от дел своих, как и Бог от Своих» (Евр. 4:10). Причем он совсем не одинок в подобных наставлениях. Например, апостол Павел подобную истину выразил словами: «Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом» (Фил. 4:6).

Разумеется, в этих словах идет речь о духовном опыте пребывания в Боге, в Духе. А заповедь о субботе как о соблюдении конкретного дня недели вдруг превращается в заповедь о покое пребывания в Нем. И все становится на свои места. Четвертая заповедь отнюдь не случайна в Десятисловии, поскольку она представляет собой переход от заповеди почитания только Господа к заповедям этического плана отношения к ближнему. Ведь христианин, не умеющий пребывать в Господе и находится в Его покое, вряд ли будет способен соблюдать собственные помыслы в подлинной чистоте, чтобы соответствовать заповедям «не убей», «не прелюбодействуй», «не кради», не пожелай».

«Итак постараемся войти в покой оный, чтобы кто по тому же примеру не впал в непокорность» (Евр. 4:11).

Александр Митрофанов.

«Шаббат», Марк Захарович Шагал (1887-1985 гг.).